Версия для печати

ВОССОЗДАНИЕ ПАНОРАМЫ ПОД РУКОВОДСТВОМ ПРОФЕССОРА П. П. СОКОЛОВА-СКАЛЯ

(0 голосов)
Автор 
on 19/11/2016

25 августа 1953 г. новым руководителем творческого коллектива был назначен народный художник РСФСР, профессор П. П. Соколов- Скаля.

Опытный художник-баталист хорошо знал севастопольскую тематику и даже планировал создать монументальное произведение - диораму о второй обороне города в 1941-1942 гг.

В октябре 1953 г. отреставрированные фрагменты, этюды, рисунок-картон, холст — все было отправлено из Москвы в Севастополь, а коллектив художников и Дирекция художественных выставок и панорам г. Москвы заключили договор на создание предметного плана Панорамы (1).

Формирование творческого колектива

Окончательно творческий коллектив художников сформирован в декабре 1953 г., когда по предложению П. П. Соколова-Скаля были приглашены художники Б. Г. Коржевский, Б. Ю. Лоран, Н. К. Соломин и А. Ф. Суханов. Теперь весь коллектив выглядел следующим образом: профессор П. П. Соколов-Скаля, профессор П. М. Шухмин, художники Б. Н. Беляев, В. И. Гранди, Г. А. Захаров, Б. Г. Коржевский, Н. Г. Котов, Б. Н. Котов, Е. И. Лобанов, Б. Ю. Лоран, А. П. Мерзляков, Н. И. Плеханов, В. Е. Памфилов, А. П. Романов, Н. К. Соломин,

А. Ф. Суханов, Ю. Н. Трузе-Терновская, Н. И. Фирсов. Неоценимую помощь в создании макета предметного плана и уточнения исторических деталей на живописном полотне оказали художникам военные консультанты: кандидат военных наук, инженер-полковник А. Н. Кузьмин, начальник Музея ЧФ капитан 2-го ранга П. П. Волгари (во время работы в Севастополе). Общее руководство осуществлял Адмирал Флота Советского Союза в отставке, профессор И. С. Исаков (главный консультант).

Так как до 1942 г. предметный план Панорамы трижды менялся, при работе над его макетом художники Б. Н. Беляев, Б. Н. Котов и Н. И. Фирсов использовали уточненный развернутый план фортификационных сооружений бастиона Малахов курган и прилегающих батарей на 6 июня 1855 г., составленный А. Н. Кузьминым, доцентом, старшим преподавателем Академии Генерального Штаба Вооруженных Сил СССР. Он справедливо утверждал, что у Ф. Рубо предметный план сделан неточно, оторванно по цвету от живописи, а некоторые фортификационные укрепления непонятны по конфигурации или невыразительны, другие просто отсутствовали. Современники Ф. Рубо говорили о том же. Так, «Исторический вестник» в 1905 г. сообщал: «Картина панорамы дополнена кое-какою nature-morte: у самой линии картины, как бы сливаясь с нею, помещены различные предметы, разбитые лафеты, ядра, носилки с ранеными (манекены) и манекены убитых.

Сильное и трогательное впечатление производит край блиндажа с иконой и лежащими около нее убитыми» (2). А знаменитый «Путеводитель по Крыму» Г. Москвича беспристрастно писал: «В общем панорама производит сильное впечатление. Многие детали ее, однако, страдают более или менее значительными дефектами, как в смысле исторической правды, так и с художественной стороны. .Особенно бросается в глаза неудачно выдержанная перспектива, дающая антихудожественный промежуток между вырисованной частью панорамы и декоративной (т.е. предметным планом. - Авт.)» (3). Поэтому, благодаря А. Н. Кузьмину и его помощникам, на предметном плане появились точные траверзы, тыловые укрепления-укрытия на каждой батарее, блиндаж сигнальщика и др. (4).

Новый макет предметного плана, выполненный в 1/5 натуральной величины, был принят 5 февраля 1954 г. Военные консультанты во главе с профессором И. С. Исаковым, сотрудники Центрального исторического военно-инженерного музея г. Москвы дали высокую оценку макету и его разработчикам: «В инженерно-техническом отношении модель дает полное представление об устройстве укреплений того времени. Допущенные небольшие изменения плана укреплений, вызванные условиями композиции, не искажают действительности, и зритель имеет возможность представить себе полностью систему обороны и ход боя» (5).

На предметном плане появились новые сцены: на батарее капитана Н. К. Станиславского все траверсы и батарейные дворики были установлены в соответствии с историческим планом; разрушения на этой батарее представлены с учетом предшествовавшей штурму 4-й бомбардировки; введены фальшфейер и сигнальная мачта с флагом (у Ф. Рубо отсутствовали. - Авт.), бомбовый погреб и горжа в тылу Малахова кургана и др. детали (6). Теперь предметный план стал более оживленным, художественным. По утвержденному макету художники Б. Н. Беляев и Н. И. Фирсов изготовили чертежи и шаблоны для построения предметного плана в натуральную величину.

Еще на первом этапе работ в Москве провели исследование грунта на оригинальном холсте Панорамы Ф. Рубо, а в конце марта - начале апреля 1954 г., за две недели, опытные московские специалисты Г. И. Игнатов, И. Ф. Есаулов и севастопольские маляры высших разрядов П. И. Гиренко, Н. К. Колосовский, Л. Г. Сага покрыли холст эмульсионным грунтом в три слоя. Н. И. Плеханов вспоминал: «Мне было поручено сделать холст таким, каким он должен быть на веки вечные» (10). При грунтовке холста использовались все современные достижения

В конце ноября 1953 г. в Севастополе раскроили холст для Панорамы и к 21 декабря 1953 г. закончили сшивку вертикальных швов (8). В начале 1954 г. бригада из трех опытных женщин-па- русниц сшила особым швом по технологии Ф. Рубо нижний карман всего холста, подвеску которого выполнили под руководством художников Н. Г. Котова и Н. И. Плеханова при участии реставрационного искусства, которые впоследствии обеспечили яркость изображения и сделали живописное полотно долговечным.

По воспоминаниям архитектора В. П. Петропавловского, натяжку холста произвели по его методу: через каждые 1,5 метра подвесили металлические поддоны с шайбообразными гирями, каждая весом в два килограмма. Все металлические детали для натяжки холста были выполнены в Севастополе на Севморзаводе им. С. Орджоникидзе. Таким образом осуществили равномерное натяжение холста по всей окружности (холст слегка провисает внутрь, словно у холщового цилиндра есть едва намеченная «талия»). Навеской и грунтовкой холста начался второй, севастопольский период работ по воссозданию Панорамы.

Когда 15 апреля 1954 г. в Севастополь приехала основная группа художников, по их воспоминаниям, они слегка оробели при виде огромного «безмолвного» белого холста. С 20 апреля по 10 мая (11), используя диапозитивы, выполненные с 12 листов рисунка-картона общей композиции, рисунок перенесли на холст, спроектировав его с помощью эпидиаскопа, и обвели акварельной краской. Художник Н. К. Соломин, как один из лучших рисовальщиков, был ответственным за точность выполнения этой работы. В то же время, весной 1954 г., молодые художники А. П. Мерзляков и Е. И. Лобанов с опытным художником В. И. Гранди каждое утро писали этюды с Малахова кургана на восходе солнца, отрабатывая цветовое решение и подбирая неуловимые тона утренней зари. Ведь почти вся пейзажная часть оригинального живописного полотна была утрачена в 1942 г., поэтому художники и писали пейзажи с натуры.

Как верно отмечала искусствовед О. В. Федорова, «стремясь усилить выразительность произведений, он (Рубо. - Авт.) соединял батальную сцену с природной средой, в трактовке которой все чаще использовал эффекты цвета и света, контрастные тона и полутона» (12). Много работали по подбору цветового решения «неба» Н. Г. Котов и Г. А. Захаров. В целом, в подготовительный период художники создали свыше 70 этюдов к Панораме.

В конце мая 1954 г. творческий коллектив художников приступил к основной задаче - созданию живописного полотна. Руководитель коллектива академик П. П. Соколов-Скаля разметил холст по вертикали на 24 сектора и распределил их между художниками.

В первую очередь написали пейзажи. «Исходя из натурной работы, - вспоминали они, - мы составили колер неба и сразу закрыли все небо. Это дало нам цветовую ориентацию. От этого все пошло» (13). Небо было написано практически за неделю. После тщательного, придирчивого отбора красок, художники остановились на отечественных, т. к. импортные содержали анилин. Краски были изготовлены в Ленинграде, на фабрике «Черная Речка» по специальному заказу.

При создании батальных сцен каждый художник писал определенный эпизод в «своем» секторе. Достоверность сверяли по спасенным фрагментам оригинала, стоявшим рядом. Так как за полвека краски на оригинале потемнели, то, по воспоминаниям В. И. Гранди, художники точно не копировали живописный цвет, а «взяли на два тона светлее». Но была еще одна сложность: при копировании солдат, изображенных на переднем плане, фигуры получались вялыми, «плоскими», необходимо было «почувствовать», как выглядит в естественной обстановке тот же солдат или матрос. Поэтому пригласили натурщиков, жителей Севастополя, один из них - Н. Г. Кибалка, участник Великой Отечественной войны, в солдатской форме середины XIX в. позировал художникам. Для создания образа мальчишки- барабанщика около батареи № 28 Н. К. Станиславского позировал пятнадцатилетний севастополец Е. Мел янский. Художники убедились, что написанное с натуры, под панорамным светом (т. е. естественным, отраженным сверху), выглядит живо, объемно, и исчезает разрыв в цвете между живописью на холсте и макетами предметного плана.

Впоследствии П. П. Соколов-Скаля менял художников местами, они работали в разных секторах, часто обсуждая детали, совместно искали решение живописных проблем. И когда в конце июля 1954 г. живописное полотно в основном было прописано (14), П. П. Соколов-Скаля сам дописал многие детали переднего плана полотна, чтобы оно выглядело выполненным в единой живописной манере. По воспоминаниям В. И. Гран- ди, П. П. Соколов-Скаля для этой работы привлекал еще его и Е. И. Лобанова. Втроем они объединили все «почерки», «шлифовали работу» (15).

В ходе всего процесса воссоздания принципиально важным был вопрос о методах и способах восстановления Панорамы. Академик В. Н. Яковлев в свое время говорил: «Итак, я за то, чтобы панорама «Севастопольская оборона» была возрождена к жизни в том виде, в каком ее привык видеть, знать и любить весь Советский Союз»

Панорамы пошло бы несколько по другому пути, но не намного. Он сам говорил, что для коллектива художников самый сложный — второй — восстановительный момент, он «адекватен творческому труду, ибо хотя композиция в какой-то мере и повторит замысел автора, но и колорит, и технические приемы, и целый ряд других процессов потребует от лиц, принимающих участие в этой гигантской работе, большой творческой инициативы и высокого профессионального мастерства» (разрядка наша. — Авт.) (17). Поэтому новый руководитель творческого коллектива П. П. Соколов- Скаля, художник иной формации и художественного мышления, нежели В. Н. Яковлев, пошел несколько по другому пути. «Мы не стали сводить работу к механическому копированию картины Рубо, - говорил он. - Лично я хорошо знал эту картину ранее и воспринимал ее как песню художника о тяжких испытаниях, выпавших русским солдатам и матросам в суровую годину севастопольской обороны. Теперь же мы решили придать полотну приподнятый колорит, воспеть великий подвиг русского народа, высокий дух мужественных защитников Севастополя» (18).

Поэтому, в целом, ни сюжет, ни общая композиция батального полотна при воссоздании не были нарушены. Нельзя сбрасывать со счетов, что Панорама воссоздавалась в сложное время сталинского правления, жесткого идеологического прессинга, а во время работы над полотном Панораму часто посещали высшие партийные и военные деяте- которых и были внесены неко-

Художник Н. Г. Котов за работой. Фото А. Баженова. 1954 г.

ствовал решительному характеру боевых действий русских» (19). А по флотскому коду сигналов середины XIX в. синий цвет флага означал «меня атакуют», «вижу неприятеля», что и соответствовало исторической ситуации на Мала- ховом кургане 6 июня 1855 г. Красный же цвет флага означал «я веду атаку», но защитники не атаковали, а отвечали огнем на атаку неприятеля (20). Оставили красный флаг.

Теперь о новых эпизодах на живописном полотне Панорамы, которые отсутствовали у Рубо. Действительно, 6 июня 1855 г. на Малаховом кургане во время штурма Н. И. Пирогова не было, он 1 июня уехал с Северной стороны в Симферополь; матрос 1-й статьи Петр Кошка служил на 3-м бастионе; адмирал П. С. Нахимов в этот день был болен и с крыши Морской библиотеки следил за отражением штурма и т. д. По словам художников, они сочли возможным использовать новый исторический материал, который предоставила советская историческая наука, и это помогло им «делать заново написанную панораму исторически более точней и подробней, чем был оригинал Ф. А. Рубо» (21). Предельно сжатые сроки работы определили для П. П. Соколова-Скаля и новый творческий метод — воссоздавать утраченные фрагменты оригинала полотна Ф. А. Рубо непосредственно, без подготовки, сразу на новом холсте (22). И естественно, что как руководитель коллектива академик П. П. Соколов-Ска- ля взял на себя это довольно смелое решение. «Если бы это не было проделано П. П. Соколовым-Скаля, было бы только повторение панорамы (разрядка наша. - Авт.), т. е. того, что было у Рубо, и она была бы исторически не развита, — вспоминали художники, — и была бы несколько хуже идеологически (!? - Авт.), чем в результате внесения новых элементов., он дал истолкование и углубление с точки зрения нашего времени» (23).

Конечно, панорама - произведение не только историческое, но в первую очередь — художественное, и на живописном полотне вполне допустимы обобщения и типизация героев, «сбор» действующих лиц разновременного порядка на одном участке. Но даже сегодня, в XXI в., все-таки не стоило бы обвинять академика Ф. А. Рубо в том, что его Панорама «исторически не развита». Оригинал Панорамы Ф. А. Рубо - это историческое произведение определенной эпохи, на живописном полотне которого художник вполне демократично отразил свои взгляды, раскрыв стойкость и героизм как нижних чинов, так и офицеров, и всех жителей Севастополя. Любовь к Отечеству и готовность умереть достойно при его защите, массовый героизм — вот главные качества героев живописного полотна Рубо, которые он раскрыл достаточно убедительно. К тому же Панорама Ф. Рубо отличается мастерством композиционного построения, виртуозностью рисунка, точностью психологической трактовки персонажей, колористическим решением. Но пришло новое время, появились и новые эпизоды при воссоздании живописного полотна. Они заняли площадь в 244 м2 и включили следующие эпизоды: «Приезд Н. И. Пирогова на перевязочный пункт», «Дети у мортиры», «Батарея Будищева», «Трофим Александров гасит бомбу», «Возвращение матросов Петра Кошки и Федора Заики на бастион» и др. Как верно отметила искусствовед О. В. Федорова, не все из вновь написанных образов «равнозначны с идейно-художественной точки зрения». Если фигуры Петра Кошки и Н. И. Пирогова «обогащают собирательный образ защитников Севастополя», то изображения солдат на переднем плане полотна (у границы с предметным планом. - Авт.) перенасыщены, слишком «населены» и «утяжеляют» панорамный холст» (24).

Работа над живописным полотном продолжалась до сентября 1954 г. К ней П. П. Соколов-Скаля привлек пять студентов-дипломников Московского художественного института им. В. И. Сурикова, среди которых был Олег Владимирович Толстой, правнук великого писателя, участника первой обороны. Он вспоминал: «Зная, что я хорошо рисую лошадей, он (т. е. Соколов-Скаля. -Авт.) поручил мне эту часть баталии. Я начал с куска, где движется конница вдали на горизонте, в районе, где бабы идут с ведрами с водой» (25).

 

Параллельно с работой над живописным полотном в специально выстроенной мастерской у здания Панорамы полным ходом шло изготовление макетов предметного плана. Художники Б. Н. Беляев и Б. Н. Котов проводили экспериментальные работы по технике и технологии применения и использования материалов для предметного плана (26). Так, артиллерийские орудия были сделаны из дерева, различные типы снарядов - из гипса или папье-маше. Все орудия, блиндажи, землянки, укрепления, телега и другие детали предметного плана выполнялись в перспективном сокращении и выдерживались в единой цветовой гамме.