c53f0d4aa642a9329eb7e38515127d1b.jpg
eb50a04b26126a4f96b051ad4ddf87e1.jpg
f8072319b23c1ff419f1b079c2b367e3.jpg
История Крыма


Франц Алексеевич Рубо: Жизнь и творчество

(0 голосов)
Автор 
on 11/11/2016

Весной, когда студенты отправлялись на этюды, Рубо уезжал к семье в Мюнхен.

Еще в 1903 г. он приобрел имение в дер. Римштинг на берегу озера (Химзее) под Мюнхеном. В доме для отдыха он проводил все лето с семьей. Сохранилось описание летней дачи: «Столовая была вся в русском стиле. Вдоль стен стояли большие, широкие скамьи, как в русских избах. Стол, стулья и кресла были из простого дерева, кустарной работы, расписанные специальным лаком - красным, черным, золотым.

Все стены были увешаны фотографиями с его произведений от самого потолка до пола. Посреди вестибюля была широкая, отлогая лестница, ведущая во второй этаж - мастерскую Рубо» (40). В Римштинге и Мюнхене он продолжал создавать произведения на Кавказскую тему, а возвращаясь в Петербург, приступал к занятиям в мастерской. Своей энергией, неутомимым трудолюбием, художественной эрудицией и преданностью искусству он увлекал молодых художников.

Изменение порядков

После студенческих волнений 1905-1906 гг. руководство Академии пришло к мнению о том, что порядки, царившие в Академии, должны быть изменены, а система образования реорганизована. 21 января 1908 г. обсуждалась записка В. Е. Маковского о постановке учебного дела в Высшем художественном училище. Свое мнение по этому вопросу Ф. Рубо изложил письменно: «Действительно, пора и давно уже пора открыто признать, что дело преподавания идет у нас плохо. Виноваты мы, преподаватели, наше равнодушие, наша устарелая система и наша неответственность. Я вижу ясно, что дело преподавания в Высшем художественном училище страдает от скуки, равнодушия и формализма.».

Рубо считал бесполезно потраченным время, проводимое учениками в классах, где они должны изо дня в день писать и рисовать одних и тех же пять казенных натурщиков. «Не допускается (по мною непостижимым причинам) ни женская натура, ни головы, ни натура со стороны, словом ничего, кроме скоро приевшихся казенных натурщиков. Все разнообразие сводится лишь к ужасным по анилиновому колориту драпировкам, иногда и к бутафорскому оружию и шлемам из Вагнеровских опер», - писал с возмущением Рубо.

Он предлагал и меры для улучшения постановки образования в Высшем художественном училище Петербургской Академии художеств, прежде всего считая, что «внимание должно быть направлено не на строгость приема или на выпуск — а на тот период времени между этими двумя моментами, т.е. на рациональное ответственное преподавание». Кроме того, по его мнению, следовало принимать только способных учеников, а так же упразднить звания профессоров, превратившихся в придворных чиновников; удлинить сроки творческих командировок, сократить время пребывания в училище, выпускать художников еще молодыми, способными творчески работать. Преподаватель же, по его мнению, должен нести полную ответственность за успехи и работу своих учеников. Вредную для искусства раздачу категорий Рубо предлагал заменить наградами, медалями за лучшие работы (41). Система обучения молодых художников не удовлетворяла не только Рубо. Подобных взглядов придерживались известные преподаватели училища И. Репин, В. Маковский, А. Васнецов, П. Чистяков й многие другие.

В апреле 1908 г. Рубо вновь избрали сроком на пять лет профессором - руководителем батальной мастерской Высшего художественного училища, что свидетельствует о признании его заслуг не только как художника, но и как педагога (42).

По предложению профессоров В. А. Беклемишева, А. И. Куинд- жи, А. П. Соколова собрание Петербургской Академии художеств постановило удостоить Ф. А. Рубо звания академика «за известность на художественном поприще», а 13 апреля ему был пожалован орден Св. Анны 2-й степени (43).

Он был полон творческих планов и было ему только 52 года. Рубо вновь доверили обязанности организатора Русского отдела на X Международной художественной выставке, которая должна была состояться летом 1909 г. в Мюнхене, в Стеклянном дворце. Однако «ввиду. работ, которые потребуют, вероятно, поездки в Севастополь в то время, когда желательно его присутствие в Мюнхене», он был вынужден отказаться от этого почетного предложения, но по мере возможности оказывал всяческое содействие избранному вместо него комиссару Э. О. Визелю.

В 1910 г. Ф. А. Рубо стал действительным членом Петербургской Академии художеств (44).

Самый плодотворный период педагогической и общественной деятельности Рубо был неразрывно связан со временем создания двух его известных панорам - «Бородинская битва» и «Оборона Севастополя 1854-1855 гг.»

Панорама «Бородинская битва». Севастопольская панорама принесла Ф. А. Рубо заслуженную известность и успех. Богатый опыт баталиста с особой силой проявился при создании панорамы «Бородинская битва».

Приближался 100-летний юбилей подвига народов России в Отечественной войне 1812 г. В связи с подготовкой к юбилею общественность России высказала мысль об увековечении народного подвига в войне 1812 г. средствами изобразительного искусства. Так возникла мысль о создании панорамы.

К Рубо, который находился в это время в Петербурге, обратились генерал-майор Б. М. Колюбакин, военный историк, руководитель юбилейной комиссии Совета Императорского военно-исторического общества г. Петербурга и В. А. Афанасьев, полковник Генерального штаба с предложением создать панораму о Бородинском сражении. После продолжительных обсуждений было принято решение сооружать панораму в Москве на Чистых прудах у Покровских ворот. Подготовку сюжетного задания для будущей панорамы возложили на В. А. Афанасьева.

В конце марта 1910 г. художник прибыл в Москву для заключения договора, обсуждения сюжетного задания, уточнения всех вопросов, касающихся картины, поездки в Бородино. В начале апреля Ф. А. Рубо вместе с В. А. Афанасьевым, Д. П. Багратионом, внучатым племянником героя войны 1812 г. П. И. Багратиона, прибыл на Бородинское поле для осмотра и изучения местности. Кроме того, он познакомился с экспозицией музея, находившегося в помещении железнодорожной станции, сделал наброски пейзажа с натуры. Впоследствии изучал исторические материалы, касающиеся сражения.

К созданию эскиза Рубо тщательно готовился: знакомился с изобразительным материалом, фотографиями фрагментов панорамы Ж.-Ш. Ланглуа «Бородино», рисунками А. Адама и многих других. К концу лета 1910 г. Рубо завершил эскиз панорамы - шесть картин, выполненных маслом в 1/10 часть натуры, для чего художнику потребовалось пять месяцев напряженной работы в Мюнхене (45).

В качестве главного эпизода изображаемого события Рубо выделил ожесточенный бой за батарею Раевского, находившуюся в центре русской позиции (46). Но эскиз не был утвержден императором Николаем II. В статье, помещенной в ноябрьском номере газеты «Русский инвалид» за 1912 г. сообщалось, что эпизоды боя за батарею Раевского, контратака Багратиона на Семеновские флеши давали «полный простор изобразить русские войска с наилучшей стороны, показать их доблесть. словом, выходила действительно «русская» панорама. Но так как эти эпизоды на расстоянии одного часа времени один от другого, то изображать их на картине одновременно было бы преступлением относительно исторической правды, а потому предлагалось художнику изобразить другой момент, именно полдень, когда начались огромные кавалерийские атаки наполеоновской конницы, наиболее характеризующие, по мнению комиссии, Бородинский бой» (47). Ни Рубо, ни его консультанты, ни историки не смогли отстоять свое видение панорамы, и сюжетом окончательного варианта был избран эпизод, предложенный комиссией.

После возвращения из поездки в Царское Село профессор Колюба- кин и академик Рубо остановились на варианте, отражающем состояние русских войск в полдень (.-.0), в тот момент, когда у противника действовала конница, а русские войска отошли за Семеновский овраг и ручей. Б. М. Колюбакин стал одним из постоянных консультантов художника и был ответственен за историческую часть картины.

17 марта 1911 г. Б. М. Колюбакин и Ф. А. Рубо подписали сюжетное задание, которое художник первоначально должен был выполнить в эскизах, затем на холсте (48).

В Мюнхене Рубо сразу же приступил к работе и заказал в Бельгии холст. До юбилея и открытия панорамы оставалось всего полтора года. Уточняя отдельные эпизоды сражения, панорамист в первую очередь стремился выполнить главную задачу - выбрать центральную точку для обзора, которая позволила бы показать сражающиеся войска обеих сторон. С огромным творческим вдохновением он написал множество пейзажных и натурных этюдов, количество которых так и осталось неизвестным.

В помощь Рубо привлек известных мюнхенских художников. Над огромным холстом (15 м х 115 м) (49) он работал около года вместе с профессором К. Беккером, имевшим опыт в написании панорамы К. Кера «Захват Нюитса», пейзажистами К. Фрошем (помогал в создании Севастопольской панорамы), М. Димером (участвовал в создании диорамы «Глетчер» вместе с П. Мюллером). Бытовые детали помогали создавать художник О. Мерте и художник-декоратор Ж. Рубо (50).

Эскиз форматом 1:10 определенной части произведения закреплялся у подножия лесов трехъярусной тележки на деревянной решетке таким образом, чтобы находящийся на площадке художник имел возможность сравнить окончательный вариант с эскизом. Краски и прочий материал, видимо, поднимался лебедками.

К началу мая 1912 г. грандиозный труд был завершен. Рубо получил разрешение с 29 мая в течение пяти дней демонстрировать панораму публично в Мюнхене (51).

Торжественное открытие панорамы «Бородинская битва» состоялось 29 августа 1912 г. в здании, сооруженном по проекту военного инженера П. А. Воронцова-Вельяминова на Чистопрудном бульваре в Москве в присутствии императора Николая II и высшей знати.

Подводя итоги проделанной работы, Рубо писал: «Этим моим последним трудом я не уронил престижа Академии художеств; наоборот, все в восторге от Бородинского сражения» (52). Газета «Русский инвалид» восторженно сообщила читателям о новом произведении баталиста: «Панорама оставляет большое впечатление. Местность, действующие лица выписаны с редким мастерством, прекрасно переданы световые эффекты и отдельные эпизоды боя в его разных проявлениях».

Сюжет панорамы Ф. А. Рубо - решающий момент боя русской и французской армии. С полудня 26 августа 1812 г. идет сражение на всем протяжении Бородинского поля. Ожесточенные атаки французов решительно отбивают пехотные дивизии, артиллерия, конная гвардия, кирасиры, уланы. Все эпизоды сражения композиционно связаны. Напряженность, динамику боя, драматизм событий художник умело передал особенностями пейзажа - ярким, солнечным освещением картины, создавая настроение торжественности, величественности происходящей битвы.

 

Панорама для посещения была открыта на короткое время. В начале 1-й мировой войны здание закрыли и устроили в нем военный склад. Долгие годы холст хранился в неприспособленном помещении, из-за чего живопись сильно пострадала. Лишь после окончания Великой Отечественной войны, по инициативе Бородинского музея, панораму Рубо осмотрели специалисты. К этому времени 900 м2 холста с изображением неба и частично батальных сцен было утрачено (53). Тем не менее было принято решение воссоздать панораму. Реставрация холста, возложенная на народного художника СССР П. Д. Корина и профессора М. И. Авилова, к 1950 г. завершилась. Воссоздан был и макет предметного плана в 1/20 натуральной величины.

Другие материалы в этой категории: « Новое здание панорамы Академия выставок »
Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Галерея